Газета «Бульвар Гордона» № 1 (401), 2013
http://www.bulvar.com.ua/arch/2013/1/50e06d66b6d42/
Мужской разговор
Олимпийский чемпион по боксу Александр УСИК: «Гопак на ринге — чистая импровизация: такое заранее не подготовишь»
Украинского спортсмена признали лучшим в мире боксером-любителем
Международная ассоциация любительского бокса (AIBA), опреде­ляя лауреатов ежегодной престижной премии, в номинации «Луч­ший боксер элитного мужского дивизиона-2012» победу отдала украинцу Александру Усику, который завоевал на Олимпиаде в Лондоне золотую медаль в весовой категории до 91 килограмма.

25-летний спортсмен родился в Симферополе (кстати, он отмечает день рождения 17 января — вместе со знаменитым боксером Мохаммедом Али, только американец на 45 лет старше). Его первый наставник Сергей Лапин разглядел в болезненном мальчике, которого не хотели брать другие тренеры, будущего победителя. Александр — чемпион Европы 2008 года и чемпион мира 2011-го. На Олимпиаде-2008 в Пекине уступил в четвертьфинале итальянцу Клементе Руссо и занял пятое место. В Лондоне судьба снова свела соперников в финальном поединке. На этот раз итальянец был побит.

По имеющейся информации, в октябре 2012 года Александр Усик и Василий Ломаченко за­вер­шили выступления на лю­би­те­ль­с­ком ринге, подписали конт­ракт с World Series Boxing (WSB), пе­ре­шли в по­лу­про­фес­си­о­на­ль­ный бокс и теперь будут выступать за но­восозданный клуб «Ук­ра­ин­­с­­кие атаманы».


Михаил НАЗАРЕНКО
«Бульвар Гордона»

[VR]«Я ПРОТИВ ЖЕНСКОГО БОКСА. ШРАМЫ УКРАШАЮТ ТОЛЬКО МУЖЧИНУ»[/VR]

— Саша, почему ты против женского бокса? Что имеешь против того, чтобы прекрасные дамы выясняли свои отношения на ринге?

— Я считаю: если женщины будут заниматься боевыми искусствами — боксом, кикбоксингом, карате, то они станут грубыми и начнут бить слабых мужчин. И еще — девушка должна быть красавицей, а не получать удары по голове и по лицу. Вы же сами понимаете, что это такое. Шрамы украшают только мужчин.

— Ты видел бои нашей чемпионки Алины Шатерниковой?

— Разумеется. И у нас с Алиной по этому поводу вечный спор. Я всегда говорю, что против женских драк, а она эту тему как бы красиво сглаживает. Но я все равно против! Хотя свое мнение никому не навязываю.

— А как твоя жена Екатерина относится к боксу? Смотреть, как мужа молотят кулаками, ей, наверное, не очень приятно...
 

— А она и не смотрит. Когда я проводил бои на Олимпиаде, Катя ходила по улице. Ей с балкона подруга или мама сообщали результаты. Казалось бы, жена должна гордиться, что ее муж занимается прекрасным королевским видом спорта. Но она иногда мечтательно говорит: «Ты ведь не будешь всю жизнь боксировать»... Кстати, мы с ней познакомились, когда я уже был чемпионом Крыма. После соревнований предложил встречаться.

— Твоя мечта стать олимпийским чемпионом уже осуществилась. Приблизилось ли исполнение другой твоей мечты — переехать в собственный дом?

— Он еще даже не начинал строиться, хотя земельный участок под застройку мы уже купили. Чтобы дом получился именно таким, какой я хочу, нужно постоянно контактировать со строителями, объяснять им, чего от них ждешь, а времени на это пока нет.

— Хоть немножко обрисуй, каким ты его себе представляешь?

— Первый этаж — минимум 91 квадратный метр. Пол, выложенный красивой плиткой. Здесь будут собираться моя семья и близкие друзья. А сверху — спальни, комнаты для гостей. Вокруг дома — зелень, деревья.

— Разобьете сад, огород, посадите цветы?

Полуфинальный боксерский поединок в весовой категории до 91 кг между Александром Усиком и болгарином Тервелом Пулевым на Олимпийских играх в Великобритании 10 августа 2012 года
— Конечно. Детки должны кушать разные фрукты, сорвать где вишенку, где малинку. Это однозначно все будет.

— Ты сказал: детки. Но у тебя пока одна двухлетняя дочь...

— У меня будет много детей! Дай Бог здоровья мне и моей жене.

— Тебя слава еще не захлестывает?

— Мне она уже чуть-чуть надоела.

— Так быстро?

— Хочется просто дома побыть с женой и дочерью, ничего не делая, а у меня все время — интервью, встречи, автографы. Но я понимаю, что это неотъемлемая часть того, чем занимаюсь. Жена говорит: «Мы так долго к этому шли».

— Появилась информация, что вы с Василием Ломаченко перешли в полупрофессиональную лигу, подписали контракт и будете выступать за новосозданный клуб «Украинские атаманы»... А что такое полупрофессиональная лига? Слово какое-то уничижительное.

— Не знаю, почему ее так называют. Бой длится пять раундов по три минуты, без защитных шлемов... (Полупрофессиональная Лига бокса — World Series Boxing или WSB — международная боксерская ассоциация, подконтрольная AIBA. В отличие от традиционного любительского бокса участники выступают с голым торсом и без защитных шлемов. Разрешено зарабатывать деньги, как в профессиональном боксе. Тем не менее боксеры по-прежнему имеют право выступать на Олимпийских играх. Как и в профессиональном боксе, каждый бой оценивается тремя судьями по специальной системе начисления баллов или в некоторых случаях нокаутом, техническим нокаутом, отказом. В WSB существует пять весовых категорий — легчайший вес (до 54 кг), легкий (до 61 кг), средний (до 73 кг), полутяжелый (до 85 кг) и тяжелый (свыше 91 кг). - Авт.)
«Хочется просто дома побыть с женой и дочерью, ничего не делая, а у меня все время — интервью, встречи, автографы... Жена говорит: «Мы так долго к этому шли»

— То, что бои без шлемов, это для тебя как?

— Думаю, без них будет интереснее и зрелищнее. Шлем — обуза и от ударов практически не защищает.

— Вы с Василием Ломаченко — кумовья и в боксе — в одной связке. Как у вас получилась эта спайка?

— Мы давно знаем друг друга. А близко общаться начали с 2008 года. У нас много сходства — общие цели и дело. Помню, был какой-то бой. Переживаю за него, говорю: «Братишка, вот если бы можно было, я отстегнул бы свои руки и дал тебе, чтобы ты вышел и навалял тому, кому надо навалять».

— Но он и так всех валяет...

— Естественно. Я видел, как он стал первым в Пекине, знаю, каким сильным было его желание завоевать золотую медаль. После этого я начал тренироваться практически так же, как Василий, выполнять те упражнения, что давал ему его отец и тренер Анатолий Николаевич. Считаю Ломаченко-старшего также и своим тренером. Мои победы — и его заслуга. Он мне сильно помогает и, надеюсь, будет помогать впредь.

[VR]«НАДО БЫТЬ НА 15 ГОЛОВ ВЫШЕ СОПЕРНИКА, И ТОГДА СУДЬИ НЕ СМОГУТ ОТОБРАТЬ У ТЕБЯ ПОБЕДУ»[/VR]

— Многим импонирует то, что Василий смелый в высказываниях, не боится говорить правду...

— И правильно делает. А зачем лукавить или обманывать?

С дочерью Лизой. «У меня будет много детей! Дай Бог здоровья мне и моей жене»
— Он, к примеру, заявил, что в Лондоне велась политическая игра, что медали уже были расписаны наперед. И будь ты хоть на 10 голов выше соперника, судьи все равно находили способ отдать победу своему фавориту...

— Я не вправе судить арбитров, потому что мое дело — боксировать. Но действительно были какие-то подводные течения. Ну что ж, если ты на 10 голов выше и при этом не выигрываешь, надо быть выше на 15 голов! И тогда судьи не смогут отнять у тебя победу.

— Когда ты уступал в финале 1:3, мысль не закрадывалась, что и тебя могут засудить?

— Промелькнуло: «Е-мое! Что творится?». Вспомнил установку тренеров, поднял голову вверх и начал читать «Отче наш» и еще псалом 90-й. И все получилось!

— Ты верующий?

— Я православный, вера мне помогает, придает силы, сдерживает где надо. Когда мы на сборах в Киеве, каждое воскресенье, а иногда и просто так, ходим всей командой в Киево-Печерскую лавру, чтобы поклониться мощам Ильи Муромца.

— По отношению к тебе как к олимпийскому чемпиону государство выполнило все обязательства?

— Мы получили абсолютно все, что было обещано. Это очень важно. Потому что после прошлых Олимпийских игр многим спортсменам повезло меньше — их просто кинули с квартирами, земельными участками.

Андрей Петрович Клюев (секретарь Совета национальной безопасности и обороны Украины, почетный президент и глава президиума Федерации бокса Украины. - Авт.) сразу же после нашего возвращения из Лондона, буквально через два дня, подарил всем олимпийским медалистам автомобили «вольво». Все проходило без помпы: не было телекамер, сотен зевак. Он пожал нам руки: «Спасибо, пацаны!», вручил всем ключи, и мы оттуда уехали на машинах.

— Включая Женю Хитрова, которого на Олимпиаде судьи незаслуженно лишили медали...
Двукратный олимпийский чемпион Василий Ломаченко и Александр Усик не только коллеги по рингу, но и кумовья. «Мы давно знаем друг друга. У нас много сходства — общие цели и дело»

— Считаю, что это нормально. Анатолий Николаевич Ломаченко сказал президенту Федерации бокса Украины Владимиру Продивусу, что у парня просто нагло забрали медаль: давайте, мол, его поддержим, чтобы он не сломался (хотя Женя -  сильный человек). Это хороший стимул для спортсмена, который нужен нашей державе.

— Перед отлетом в Лондон все боксеры надели казацкие шапки, а вы с Денисом Беринчиком сделали себе на голове оселедцы. Чья это была идея?

— Моя, Дениса и всей нашей боксерской команды. Надо напоминать нашим людям, молодежи, какого мы роду-племени. Наши предки из Запорожской Сечи боролись за свободу, за родную землю, за нашу державу. Эти запорожские казаки близки нам, украинским боксерам, по духу. Просто мы «воюем» не на полях сражений, а в спорте...

— А почему другие боксеры не последовали вашему примеру?

— Знаете, и в Запорожской Сечи не все носили оселедцы. Некоторым такой чуб, может, не пошел бы. Но и у тех наших ребят, кто был без чубов, казацкий дух все равно присутствовал в сердцах.

— Кто вас стрижет?

— Есть человек, который этим специально занимается. А в Лондоне мы с Денисом бритвой подбривали друг друга. Чтобы голова была идеальной, как у казаков.

— Честно говоря, я сомневаюсь, что идеей казацкого духа можно вдохновить на подвиги, например, футболистов нашей сборной. Еще труднее представить с оселедцами, допустим, Шовковского, Ярмоленко, Тимощука...

— Я ничего не могу сказать про этот вид спорта и про конкретных игроков.

— Ты не футбольный болельщик?

— Иногда смотрю матчи по телевизору. На сборах могу мяч попинать.

— А ты ведь до бокса занимался именно футболом. Я читал, что однажды один из игроков противника оскорбил тебя и ты послал его в нокаут...

— Про нокаут журналисты раздули. Была потасовка, толкания всякие с соперником, который нецензурно обозвал меня. Вина его, а переложили на меня. Я сказал, что это несправедливо, и тренер удалил меня в раздевалку: «Иди остынь». Я тогда был маленький, мало что понимал. Сейчас сдержался бы.

— Гопак, который ты исполнил на ринге, завоевав золотую медаль, был заранее отрепетирован? Ты обещал, что станцуешь после победы?

— Это была чистая импровизация. Вы же видели, как я прыгал. Такое заранее не подготовишь. Когда учился в школе, посещал кружок народных танцев. На праздники выходил на сцену — в шароварах, в вышиванке...

— Удивляет, что никто из режиссеров до сих пор не снял многосерийный фильм про супермена-запорожца. Думаю, если бы такой сериал запустили, тебя пригласили бы обязательно...

— Может, уже пишут сценарий и пригласят.

— Прими соболезнования по поводу недавней смерти твоего отца. Он много значил для тебя?

— Когда я занимался то одним видом спорта, то другим, батя повторял: «Пойди на бокс, пойди на бокс!». Сейчас мне отца не хватает. Потому что он звонил мне по три-четыре раза в день. Больше не звонит... Такова жизнь, все мы временны на этой земле. И пока живы, будем стараться быть среди лучших.

— Когда ты одержал свою первую победу в боксе?

— В 15 лет, когда только начал заниматься этим видом спорта. Обошел нескольких тренеров, никто меня не взял. А Сергей Юрьевич Лапин что-то во мне разглядел. И, работая со мной семь лет, сделал из меня мастера спорта международного класса. Он мне говорил: «Если будем работать, у тебя будет все — квартира, машина, ты выучишься. Главное — пахать! Надо пахать!».

— Похоже, еда на Олимпиаде тебя не впечатлила. Если бы тебе сегодня в кафе или ресторане предложили какое-нибудь блюдо из британской кухни, что бы ты сказал?

— «Спасибо-спасибо, я не голоден». А вообще, я не беру то, что мне предлагают, а заказываю сам. Как и каждый украинец, с детства очень люблю первое. Моя жена варит и борщик, и супчик. С удовольствием сербаю. Потом — кашка гречневая с рыбкой или с мясом — это то, что я должен обязательно скушать.

— С весом нет проблем?

— Сейчас снизился в связи с этими по­ездками, переездами. А так, в принципе, все в норме.

— В детстве, чтобы ты уснул, мама держала тебя за мочку уха. А как ты укладываешь спать свою дочку?

— Раньше ее надо было за ручку держать. А сейчас, когда ей два с половиной года, мы приучили Лизу к режиму, и все просто: «Лизочка, надо ложиться, надо спать». Целуешь ее, укрываешь — и она сама засыпает.

— Ты говорил, что не в деньгах счастье. В чем же?

— Если у тебя есть верная жена, здоровые дети, близкие и преданные друзья, тогда даже с 20 гривнами в кармане ты будешь самым богатым человеком на белом свете. А если в твоей жизни нет ни семьи, ни друзей, их не купишь даже за миллиарды. И на хрен тогда эти миллиарды нужны?

[VR]ПЕРВЫЙ ТРЕНЕР УСИКА СЕРГЕЙ ЛАПИН: «Я ПОПРОСИЛ САШУ В ЛОНДОНЕ СЧИТАТЬ ШЕСТЬ УДАРОВ ЗА ОДИН. И БИТЬ, БИТЬ, БИТЬ!»[/VR]

— Сергей Юрьевич, почему другие тренеры не хотели брать Сашу?

— Ему было 15 лет, и коллеги, очевидно, посчитали, что он поздно пришел. В этом возрасте Сашины сверстники уже становились мастерами спорта. Мальчик был физически неразвитый, весил всего 50 килограммов.

— Почему же вы его взяли?

— Я посмотрел ему в глаза, вижу — искрятся! Точно так у меня было в свое время с Сережей Доценко, призером Олимпийских игр 2000 года. Пришел обычный мальчик, вижу: что-то в нем есть. И, глядя на Сашу, подумал: пусть попробует, попытка не пытка. Он начал заниматься, стал показывать хорошие результаты. И так потихоньку-потихоньку — первая победа, вторая, третья! — пошел в гору.

Был очень работоспособный, выдерживал большие нагрузки. А кто у меня нагрузки выдерживает, тот чего-то добивается. Все мои воспитанники, попадая в сборную, обычно говорят: «На сборах мы отдыхаем». А я их, значит, мучил, бедных. Зато потом благодарят.

— Что помешало Саше выступить успешно в Пекине, когда он проиграл итальянцу Клементе Руссо?

— Саша неграмотно построил бой. Он — боксер высокого роста, полез с Руссо в ближнюю дистанцию — зачем это надо? (Рост Усика — 190 см, а Руссо — 181 см. - Авт.)

— В Пекине проиграл итальянцу, а в Лондоне у него же выиграл. Он советовался с вами, как ему вести бой?

— А как же! Я звонил ему, объяснял, как не допустить прежних ошибок. Держать итальянца на дистанции, просто бить, бить, бить, и все! В первом раунде Саша проигрывал 1:3, потому что все было завязано.

— Что вы имеете в виду?

— В боксе бывает, что договариваются с судьями, и они делают ставки. Я по первому раунду видел: что-то ненормальное происходит. В таких случаях надо бить, бить, бить! Нанести шесть ударов и считать их как один. Из этого расчета Саша и стал работать. В итоге победил 14:11. Здесь уже судьи ничего не могли сделать.

Расскажу случай. Чемпионат Украины среди юниоров. Нам сказали: «Приезжайте, мы вам поможем». Мы прибыли, и первый же бой у нас — с призером Европы. Я говорю: «Вот так помощь называется: сразу поставили против самого сильного боксера». Начался поединок. Саша первые три раунда бьет, бьет, а ему не считают. Он проигрывает перед последним, четвертым, раундом 12 очков. Я возмущаюсь: «Как же так? Ну сколько можно?».

Говорю Саше: «Надо бить так, чтобы его сломать. Ломай его, ломай!». В том углу, видать, услыхали. Слышу, Сашин соперник жалуется: «Я больше не могу! У меня все болит!». Его подбадривают: «Ты уже выигрываешь! Еще две минуты и ты — чемпион!». — «Я не могу! У меня болят руки! Болит голова! Все болит!». А я нарочно громко: «Сильнее надо его бить! Еще сильнее!». И тут же с той стороны секундант выбрасывает полотенце, потому что там поняли: этот бой для их мальчика может стать последним.

[VR]МАМА АЛЕКСАНДРА НАДЕЖДА ПЕТРОВНА: «В ДЕТСТВЕ САША ЗАБОЛЕЛ ТЯЖЕЛЫМ ВОСПАЛЕНИЕМ ЛЕГКИХ, ПЛЕВРИТОМ. ДОКТОР СКАЗАЛ: «СПАСТИ МОЖЕТ ТОЛЬКО СПОРТ», И СЫН ПРАКТИЧЕСКИ САМ СЕБЯ ВЫЛЕЧИЛ»[/VR]

— В детстве Саша болел левосторонним плевритом. Об этом не хочется даже вспоминать. В Симферополе где он только не лечился! Нам посоветовали переехать из Крыма на Черниговщину, в мое родное село Рыботин. Он лежал в районной больнице в Коропе, оттуда его направили в Чернигов. Четыре или пять месяцев пробыл в диспансере. Там же и учился. Я ему привозила домашние задания, и он все, что говорили учителя, выполнял. Ответственный мальчик. Хотя немножко такой задиристый, ну, как все пацаны. Потом нам разрешили забирать его на выходные домой.

Приехали врачи из Киева. Раньше, знаете, как было: проверка за проверкой. Осмотрели его, и один доктор сказал: «Сынок, запомни раз и навсегда: тебя спасет только спорт. Если дашь себе слабину, будешь болеть и болеть». А нам этот врач говорит: «Вы даже сами не знаете, чем болезнь легких может закончиться». Я заплакала. Саша увидел мои слезы, спросил: «Что случилось?». — «Ничего, — отвечаю, — все будет хорошо». Только когда он подрос, рассказала ему, насколько страшной была его болезнь.

А в Симферополе врачи, наоборот, хотели освободить его от физкультуры в школе. Были категорически против занятий спортом, предостерегали от каких-либо нагрузок.

Он кашлял часто. А сейчас — тьфу-тьфу,  в добрый час сказать, в худой промолчать, все хорошо. Сам себя практически вылечил. Занимался футболом, карате, дзюдо... Но почему-то в одном виде спорта не срослось, в другом с деньгами напряженка — тогда же за все надо было платить.

Одно время он даже хотел стать скалолазом. Дружил с мальчиком, у которого отец был альпинистом. И вот они взяли отцовское снаряжение и давай тренироваться. Это я потом узнала. А перед этим раздался звонок в нашу квартиру. Открываю: участковый милиционер. «Где ваш сын?». — «Пошел на занятия». — «Здрасьте! На какие занятия? Посмотрите: не он ли лазает по девятиэтажному дому?».

А с боксом получилась как бы чистая случайность. Никто не хотел его тренировать: вы же понимаете, если ребенок болел в детстве, к нему относятся пессимистически — вдруг что-то случится, придется отвечать. А Сергей Лапин этого не побоялся. Когда он с сыном выезжал на турниры, другие тренеры ему говорили: «Да с этого мальца толку не будет, да он такой хилый». На что Лапин отвечал: «Посмотрим». Он вложил в моего сына всю душу. И Саша своими победами во многом ему обязан.

Покойный муж сыну никаких поблажек не давал. Саша прошел Афганистан, был в Чернобыле. Смотрел бои и комментировал: «Здесь неправильно боксирует. Тут тоже не так, а там пропустил. И здесь надо было еще ударить». Сашин отец был такой здоровый, спортивный мужик, и вдруг — на тебе! — умер в 50 лет от инфаркта. Даже не дождался сына после Олимпиады. Потому что Сашу начали по всем инстанциям приглашать, и к нам он собирался приехать 25 сентября, а отец умер 16-го. Что сделаешь? Живые — живым, а мертвые — мертвым. Надо жить и верить.

© 2004-2005, "Бульвар" / © 2005-2012, "Бульвар Гордона"
Перепечатка без согласования с редакцией не допускается. Ссылка на "Бульвар Гордона" обязательна. Мнение редакции может не совпадать с мнением авторов публикаций.
Создание и сопровождение сайта - УРА Интернет