Виталий КОРОТИЧ

Тему этой колонки подсказали очень разные люди. Вначале я прочел интервью с известной эстрадной певицей, уроженкой Киева, которая вспоминала свою молодость. Увлеченно, взахлеб, звезда повествовала о том, как не любила учиться, как в школьном дневнике ее красовались одни двойки и как до сих пор она путается в разных географиях с грамматиками. Меня поразило, до чего откровенно человек бравирует не просто незнанием, а своим искренним нежеланием знать. Певица убеждена, что жизненный успех вполне достижим без воспоминаний о не выученной до конца таблице умножения и предлагает свой пример другим для подражания.

Почти одновременно с этим интервью я прочел письмо нашего читателя из Николаева, известного историка, пушкиниста Анатолия Золотухина. Он пишет о явлении, которое именуется жлобством, о том, как тупые и не желающие учиться люди рушат исторические строения, расхищают раскопки, объясняют свою необразованность то трудным детством, то пролетарским происхождением, то собственной ленью, то всеобщим уровнем развития, не скрывают ее и ничуть не огорчаются при этом. Далее Золотухин принимается за исследование слова "жлоб", трудолюбиво выискивает его корни в старинных этимологических словарях, где понятие "жлоб" оказывается приближено к "желоб".

Далее он выясняет, как из желобов кормили свиней, одна из которых, самая сильная, разгоняла остальных и влезала в желоб, оставаясь там до полного насыщения. Исследователь полагает, что бытовое словечко "жлоб" возникло именно при соответствии человеческого поведения упомянутому свинскому. В "Великому тлумачному словнику сучасної української мови" он находит, наконец, достаточно современное толкование: "Жлоб — розм. хам, гевал. невихована людина", а "жлобство" — "хамство, грубiсть, нецивiлiзована поведiнка".

Отдавая должное тому факту, что наш читатель, редко появляющийся на телеэкране, и певица, часто там маячащая, коснулись одной темы при столь разных подходах к ней, я выудил из редакционной почты еще одно письмо со статьей читателя-эмигранта Самсона Мадиевского из немецкого города

Аахен. Наш бывший соотечественник интересно исследует, как жлобство, ставшее государственной политикой в годы гитлеризма, насаждалось в тогдашней Германии. Как людей приучали не размышлять ни о чем, кроме собственной кормушки, как создавалась диктатура, "услужливая к жлобам". Одежду расстрелянных и репрессированных людей, вещи из разграбленных еврейских домов раздавали немцам, которых приучали не задумываться и не сушить мозги мировыми проблемами. Избыточная образованность объявлялась едва ли не психическим вывихом, книги "запрещенных умников" сжигались на площадях. Из оккупированных стран разрешалось посылать домой любые вещевые посылки, тащить с собой мешки с килограммами награбленного. "Их лозунгом было, — пишет Мадиевский, — если во время войны кто-то должен голодать — пусть голодают другие". Оказывается, необразованность может формироваться прицельно и становиться агрессивной, служить несправедливому государству...

Жлоб — существо опасное именно своим агрессивным неведением, постоянной уверенностью в правоте. Помню, как в журнале, который я редактировал, мы подготовили репортаж из зала суда. Судили молодых людей, которые разбивали парковые скульптуры — ходили с железными палками и громили их. Просто так. Судья спросила у одного из подсудимых: "Зачем вы делали это?". Тот удивился вопросу: "А чего они там стояли?". Когда в обществе возникает ситуация, позволяющая жлобам не стесняться своей дикости, общество становится опасным.

Версия для печати

Напишите комментарий к этому материалу, нам интересно знать Ваше мнение!

Рейтинг публикаций "Бульвара Гордона"

ВОТ ЭТО ДА!

	Владимир ЛИТВИН: "Я допускаю, что Георгий Гонгадзе жив, мне бы хотелось этого, да и Леся Гонгадзе не верит в смерть сына. По-моему, сердце матери не ошибается..."
	Любовь УСПЕНСКАЯ: "Илья Резник очень меркантильный человек, больше любит деньги, чем творчество. А я люблю и то, и другое"