 |
 Поиск по сайту Письмо в редакцию |
|
|
|
|
| № 34 (70), 22 августа 2006 |
| В когтях у сказки "Варвара-краса" Татьяна КЛЮЕВА: "На рынке я с утра до вечера сидела на корточках: помогала покупателям завязывать шнурки, и вдруг женщина злобно бросила мне в лицо: "Ну что, Варварушка, докатилась?"
Тому конкретный пример - очаровательная актриса Татьяна Клюева, которую все мы помним по главной роли в киносказке Александра Роу "Варвара-краса, длинная коса". Танюша - сегодня Татьяна Николаевна - не потерялась в бытовых проблемах, не разменяла себя на халат да бигуди. Пройдя через множество жизненных испытаний, она нашла себя в бизнесе. "Бульвар Гордона" "В ИНСТИТУТЕ ЗА МНОЙ БЕЗУСПЕШНО, НО АКТИВНО ПРИУДАРЯЛ ВОЛОДЯ ВИНОКУР" — Несмотря на то что после окончания ГИТИСа вы стали профессиональной актрисой, серьезный роман с кино у вас не получился. — Да. Вышла замуж за одноклассника Диму (мы с ним с восьмого класса встречались, а разница в возрасте составляет... три дня), и, как жена декабриста, уехала вслед за супругом в Севастополь. Дима — военный моряк, всегда и во всем командир. Сперва командовал небольшим кораблем, затем — кораблем побольше, соединением и, наконец, управлением. Так что к флоту я имею самое непосредственное отношение. Кстати, в институте за мной безуспешно, но активно приударял Володя Винокур. Прошло время, он стал популярным артистом, и как-то при встрече в Севастополе я пригласила его в гости. Вовка для порядка поворчал: "Ладно уж, зайду погляжу, что за мужик тебя охмурил". А когда пришел, они с Димой с первой же минуты настолько сдружились, что я оказалась не нужна ни одному, ни другому. Что касается моей кинокарьеры... Сами понимаете, что значит для актрисы переезд в провинцию. В столице находятся главные киностудии страны, проходят всевозможные фестивали, показы, премьеры, в которых необходимо постоянно вариться. Но я ни о чем не жалею... — Сложно поверить, что обустройство на новом месте обошлось без проблем и трудностей. — Этого добра в чужом городе оказалось навалом. Во-первых, родился сын Янчик. Мама, друзья — все остались в Москве. За трешкой до зарплаты уже ни к кому не побежишь. И все на мне, поскольку муж надолго уходил в море: плавания длились до 11 месяцев. Периодически меня звали в Москву сниматься, но моя кинокарьера пошла под откос. Мама, семья, муж, ребенок, собаки, дом — это было самое важное и главное. Когда со студии приходила очередная телеграмма, сама себя останавливала: "Никуда не поеду, не хочу". Дима покупал билет на самолет, клал мне перед носом и говорил: "Дальше решай сама". В конце концов, жизнь все расставила по местам. Ну а я не стала с ней спорить, поскольку всегда относилась к себе критически. Глядя в зеркало, говорила: "Не такая уж ты великая творческая единица. По большому счету, никому как артистка не нужна".
— Трудно поверить, что вы — молодая, энергичная женщина — довольствовались скромной ролью жены и мамы. — Нет, конечно. На свою голову я всегда нахожу массу приключений. Даже если когда-нибудь споткнусь — обязательно на лету. По протекции Диминого друга я пошла в таксопарк заведовать клубом. Все закончилось плачевно: из клуба украли все инструменты. Как на работу, я ежедневно ходила в уголовный розыск: "Отыщите вора, преступление совершил кто-то из местных". В очередной раз увидев меня в кабинете, оперативники бледнели. Они устали объяснять, что дело это безнадежное. Потом муж уехал учиться в Ленинградскую академию. Мы с сыном хвостиком за ним. Увы, Яну не подошел питерский сырой климат, пришлось вернуться. Чтобы не сидела дома без дела, друзья пристроили на службу в бюро знакомств. Стали ко мне приходить одинокие, несчастные люди, в большинстве своем приятные, интеллигентные. Им было очень непросто признаться незнакомому человеку: "Я один, помогите". Но во мне они видели понимающую, сочувствующую душу. "КОГДА Я РАБОТАЛА В СЛУЖБЕ ЗНАКОМСТВ, 80-ЛЕТНИЙ ДЕДУЛЯ ПРЕДЛОЖИЛ МНЕ РУКУ И СЕРДЦЕ" — Кого-нибудь серьезно познакомили? — Конечно. Но были и курьезы. Среди моих постоянных клиентов числился 80-летний дедуля, все просил познакомить с хорошей бабулей. Я предоставила ему множество кандидатур — ни одна не подошла: мол, староваты. Выбрал было 28-летнюю женщину, но дама не приняла его руки и сердца. И все же дедок твердо решил жениться, только теперь уже... на мне. Объясняла, что замужем, а он: "Ничего, разведешься!". Когда Дима вернулся и оценил ситуацию, быстро мою брачную контору прикрыл. Так что вы думаете? Клиенты стали гурьбой ходить к нам домой. Делать нечего — мы с мужем разделили обязанности: он вел беседы с одинокими мужичками, а я — с непристроенными женщинами. Точно так же от стал помогать мне в торговле обувью. Кстати, до тех пор пока Дима не вмешался в мою коммерцию, еле-еле сводила концы с концами, все теряла, забывала. — Кинопопулярность вам мешала или помогала заниматься бизнесом? — Во-первых, это даже бизнесом не назовешь — обычная предпринимательская деятельность. Во-вторых, меня давно уже никто не узнает. Иначе бы, может, и рискнула обратиться к кому-то из важных начальников. Дело в том, что сейчас у нас забирают крохотный, занюханный магазинчик. Это не просто большая потеря — практически крах нашего дела. Севастополь в этом плане город особый — замкнутое пространство. Здесь все либо торгуют, либо бедствуют. Другого не дано. — Вам как бизнес-леди приходилось иметь дело с наездами криминальных элементов? — Хотите верьте, хотите нет, но в Севастополе это не практикуется. Кстати, моя любимая организация — налоговая инспекция. Там все тебе вежливо расскажут, по полочкам разложат... Я ни разу в жизни взятку не дала. Хотя, если бы намекнули, отстегнула бы без лишних разговоров. — А как вам пришло в голову заняться торговлей? — Случился у меня в жизни сложный период — заболела так, что врачи дали инвалидность. Когда стало совсем невмоготу, пожаловалась подружке: дескать, все — приплыла. Она мое нытье слушать наотрез отказалась: "Давай вместе бизнес начнем". Я за голову схватилась: "О чем ты говоришь! В жизни не занималась такими вещами". Но подруга не отступала: "Не раскисай, всему тебя научу". Короче, растормошила, и отправились мы с ней на рынок трудиться. Дело было зимой, мы одевались, как два колобка, чтобы не замерзнуть в своей железной палатке. Я с утра до вечера сидела на корточках: помогала покупателям молнии застегивать, шнурочки завязывать. Меня многие в городе знали. Помню, подходит женщина — вид угрюмый. Долго-долго вглядывается, а потом со злобой в лицо бросает: "Ну что, Варварушка-красавушка, до рынка докатилась?". Знаете, с тех пор четыре года прошло, а я эту хлесткую фразу забыть не могу. Словно палкой по лицу огрели, даже расплакаться не смогла. Потом собрала волю в кулак: "Если это нужно моей маме, сыну, мужу, сделаю все возможное и невозможное, асфальт грызть буду, чтобы близким было хорошо. И вовсе не стыдно мне в магазине работать". Сегодня мы с мужем вместе делами занимаемся. А ведь я сомневалась, что после своих высоких должностей Дима решится на такой шаг. — Часто бываете в Москве? — Не так, как хотелось бы. Вот недавно побывала. Спускалась на эскалаторе и вдруг физически ощутила, что если, не дай Бог, споткнусь, никто даже не оглянется. По тебе пройдутся и затопчут. Люди стали зашоренными, безразличными, злыми. В Севастополе тоже несладко живется, и все равно у нас как-то теплее. Последний раз снялась лет пять назад. Это был фильм Олега Биймы "Остров любви". Уезжая, плакала — так хотелось еще хоть разочек побывать в Киеве, хоть на пересъемках. Напоследок глупость сморозила: "Олег, желаю тебе хотя бы сто метров брака". Он со смехом пообещал меня удавить. Потом позвонил домой: "Танька, я тебя точно прибью — брака оказалось значительно больше".
— Вы вспомнили о своей последней картине. А первым, кажется, был фильм "Акваланги на дне"? — Нет, "Звонят, откройте дверь" Александра Наумовича Митты. Мне было 10 лет, и в кадре я произносила какую-то речевку. Когда съемки у Митты подходили к концу, на студии появился занятный человек, который постоянно приставал с вопросами: "Девочка, а ты умеешь плавать? А кататься на велосипеде? А хочешь ли в кино сниматься?". Этим любопытствующим оказался киевский режиссер Евгений Фирсович Шерстобитов. Благодаря ему меня и утвердили на главную роль в картине "Акваланги на дне" — первом советском детском боевике. Заканчивались наши съемки в Судаке, я очень страдала, не хотела уезжать в Москву, завидовала ребятам, которые оставались. Вдруг Фирсович предложил: "Ребята, а давайте я расскажу, как ваши судьбы сложатся. Значит, так, ты станешь тем, ты тем. А Танечка выйдет замуж за военного и будет жить на берегу моря". Я опешила: "Не хочу замуж ни за какого военного и жить здесь не собираюсь!". Режиссер усмехнулся: "Тебя и спрашивать никто не будет". Сколько времени минуло, а я часто этот разговор вспоминаю. Сбылись предсказания! Шерстобитов меня многим мудрым вещам научил. После "Аквалангов" мешками начали приходить письма. Однажды он поинтересовался: "Отвечаешь?". Я хмыкнула: "Да ну, их так много!". Режиссер нахмурился: "Таня, ты не права. Человек писал, рассказывал о себе, вкладывал душу. Поэтому будь добра, отложи свои дела и ответь на каждое письмо. И к следующему моему приезду подготовь полный отчет, на сколько посланий ответила". Мне повезло — учителя были жесткие. Может, и поэтому я не зазналась, не задрала нос. Наоборот, когда слышала за спиной восхищенный шепот: "Это та девочка, которая в кино снималась", я скукоживалась и мечтала уменьшиться до размеров кляксы. "НА СЪЕМКАХ АЛЕКСАНДР РОУ ПРИШПИЛИВАЛ МЕНЯ К СВОИМ БОЛЬШИМ СЕМЕЙНЫМ ТРУСАМ БУЛАВКОЙ, ЧТОБЫ НЕ СБЕЖАЛА" — Вы ведь подолгу отсутствовали в школе из-за съемок. Учителя шли навстречу? — Конечно, это были чудесные люди! Математичка сама предлагала: "Танюша, я тебя прошу: выбери самую маленькую теорему, выучи и завтра расскажи". Я лишь вздыхала: "Тамара Васильевна, у меня будет такая мизерная зарплата, что я ее без интегралов посчитаю". И все равно она закрывала меня в классе, давала задачку и уходила. А я ни буб-бум. Но мой однокласник и будущий муж Дима Гагин подкладывал под дверь правильные решения, которые я списывала. Тамара Васильевна, глядя в мое честное лицо, со вздохом говорила: "Уйди с моих глаз долой!". Когда заканчивала 10 класс, Александр Роу пригласил на пробы в сказку "Огонь, вода и медные трубы". Но я была настолько маленькая и худенькая, что Александр Артурович даже не обнадеживал, сразу объявил: "Утверждаю Наташу Седых. Но обещаю: в следующей картине буду снимать тебя". Если честно, я тогда очень страдала, переживала, плакала... — Наташу Седых возненавидели? — Боже упаси, что вы такое говорите! Я очень нежно к ней отношусь, она прелестный, милый человечек. К тому же балерины, и Наташа в их числе, всегда вызывали у меня безмерное уважение. После тех неудачных проб минул год, я давно успокоилась, забыла все печали. Вдруг, 8 Марта, аккурат в свой день рождения, звонит мне Александр Артурович. Сердце бешено заколотилось, от волнения все слова из головы вылетели. Режиссер объяснил, что запускается с новой картиной "Варвара-краса, длинная коса" и хочет сдержать обещание — снять меня в главной роли. Предупредив, что на роль Варвары будут пробоваться много актрис, он посоветовал не тушеваться: мол, главной героиней видит только меня. Кстати, я снялась более чем в 20 картинах, а меня до сих пор знают и помнят по "Варваре-красе". Снимали мы в Гигирево, в санатории "Елочка". Там своя веселая жизнь — танцы-шманцы. Я, как самая сопливая из всей группы, вечно ныла: "Александр Артурович, отпустите в кино!". — "Нечего туда ходить, чего ты в том кино не видела? Лучше пошли ко мне, чайку попьем. Я недавно на Цейлоне был, отличную заварку привез" (кстати, с тех пор чай вообще не пью). У меня слезы градом, а Роу ничего — пришпилит меня булавкой к своим огромным синим семейным трусам и словно на поводке водит, чтобы не сбежала. Каждый вечер ровно в девять запирал меня в номере до утра на ключ. Строгий был, жуть! "Таня, — говорил он, — раз и навсегда запомни: никаких романов, пьянок, никаких сомнительных историй там, где ты работаешь, быть не должно". Если бы вы знали, как он меня ругал за то, что потолстела, что костюмы не налезают. Я стала плакаться Георгию Францевичу Милляру, а он смеется: "Дочка, самая главная диета — это кушать все подряд". Еще знаменитый актер постоянно повторял: "Девочка, береги глаза, это твое богатство". У него ведь была страшная катаракта, он практически ничего не видел, но никогда не жаловался. Это был трогательный, ненавязчивый, незаметный и очень добрый человек. Помню, у него на юбилее я сидела очень печальная — муж ушел в длительное плавание. Георгий Францевич давай меня утешать: "Не грусти, скоро вернется". Попросил бумажку, ручку и, практически ничего не видя, написал моему Диме письмо прямо на Средиземное море. У нас его послание до сих пор хранится. — Сейчас много пишут о том, какой Милляр был выпивоха. — Эта его слабость вызывала лишь добрую улыбку. Когда ему предлагали вино, шампанское, обычно отвечал: "Цветуечки — это хорошо. Но "Тройной" куда лучше". А как мастерски сбивал пробку с пузырька — вы бы видели! Она со свистом взлетала к потолку, описывала невероятную траекторию и приземлялась на столик. Гримеры даже рта открыть не успевали. Это был гениальный актер. Обидно, что памятник на его могиле поставлен не кинематографистами, а художниками, которые из скромности решили остаться неизвестными. Господи, стыдно... — А когда вы в последний раз виделись с Александром Роу? — Я как раз сдавала в институте экзамены. Он позвонил из больницы: "Таня, сразу после новогодних праздников, 2 января, приезжай ко мне. Посмотрим новый сценарий". Я купила ему палехский сувенир, — он любил все сказочное! — а вот вручить не успела. В новогоднюю ночь позвонил партнер по "Варваре-красе" Сережа Николаев и сказал, что 28 декабря Александр Артурович скончался в больнице, завтра похороны. Прощание организовали прямо на студии. В павильоне бутафоры сделали рощу из березок. Под одним из деревцев посадили маленькую плюшевую собачку, которая сопровождала Александра Артуровича во всех его поездках. Меня не покидало странное чувство: вот сейчас он, большой и добрый, выйдет из-за этих деревьев и все будет как обычно... Увы, великий сказочник ушел, и все рассыпалось, рухнуло. Роу не позволил бы мне свалять дурака, отказаться от чего-то интересного. Он мог спокойно позвонить в институт и поинтересоваться: "Как там моя прогульщица?", а на следующий день устроить разбор полетов. Этот режиссер открыл и поднял на пьедестал многих актеров. При нем наш кинематограф светился добротой. "ВМЕСТО НЁБА, ГУБ И ДЕСЕН У МЕНЯ БЫЛО КРОВАВОЕ МЕСИВО. А ВМЕСТО ВЫБИТЫХ ПЕРЕДНИХ ЗУБОВ — КАРТОШЕЧКА" — В вашего партнера по фильму "Варвара-краса, длинная коса" Алексея Катышева были влюблены многие девочки Советского Союза. Вам он тоже нравился? — С кем я действительно никогда не расставалась, так это с "упитанным, но невоспитанным царевичем" — Сережей Николаевым. Хотя после выхода картины минуло 37 лет, мы с Димой считаем его членом своей семьи. Ну а что касается Алеши... Вроде бы живем рядом: он — в Ялте, я — в Севастополе, но за эти годы ни разу толком не виделись. Недавно приезжала съемочная группа канала НТВ, сняли про нас симпатичный сюжет. Но Лешино поведение меня расстроило и разочаровало. Извините, эту тему мне не хотелось бы развивать. Скажу только, что все проблемы в жизни он создал себе сам. Но, как бы там ни было, я от него не отрекаюсь. — Наверняка на съемочной площадке с вами случались интересные, курьезные истории. — У Роу и мишки живые снимались, и была масса трюков. Но все было настолько выверено, что неожиданности и неприятные сюрпризы исключались. А вот в сказке "Самый сильный", которая снималась на Свердловской киностудии, со мной приключилась настоящая катастрофа. Я как раз окончила второй курс института. Билет на самолет взяла на два часа ночи, а днем мама послала меня в магазин. Путь лежал мимо стоматологической клиники. Из открытого окна помахал знакомый хирург: дескать, зайди, Танюша, посмотрю твои зубки. Я, балда, согласилась. Он нашел небольшой камушек, решил его убрать. Надел на бормашинку какую-то непонятную штуковину, включил аппарат. Железяка... мгновенно сорвалась с крепления и чуть ли не насквозь распорола нёбо. При этом бормашина продолжала работать, и я машинально прикусила ее зубами. Врач, испугавшись, что железка мне все распорет, начал еще сильнее ее дергать и... выбил полтора передних зуба. Кровища рекой, я потеряла сознание. В Свердловск явилась в страшном виде: губы в клочья, нёбо разорвано, зубов нет, а рот полон ваты. Разговаривать не могла — язык не ворочался, все онемело. Заживление шло медленно, а у нас с Колей Мерзликиным лирическая сцена, поцелуи. Гример успокоил: "Танечка, не волнуйся, у актеров бывали такие случаи. Я тебе зубки из картофелины вырежу — никто ничего не заметит. Ты, главное, ее языком придерживай". И вот она, незабываемая сцена. Я держу картошечку языком, но она-то скользкая. После команды "Мотор!" начитаю говорить текст, но, заслышав мою шикарную дикцию, Коля начинает ржать, как конь, и выпадает из кадра. Режиссер Олег Павлович Николаевский орет, называет меня дурой-артисткой, а я же в ответ шепелявлю: "А се делась, ешли у меня кальтосецька выпадает?". Словом, пришлось отложить съемки до того времени, пока мне изготовят пластмассовые зубки, предназначенные исключительно для рабочего процесса... Наконец работа окончена, я засобиралась в Москву. И тут приехал мой старый друг Миша Метелкин (очкарик из "Неуловимых мстителей". — Авт.), с которым мы сто лет не виделись, пригласил в ресторан. Не устояв перед искушением, я нацепила бутафорские зубы и отправилась угощаться шампанским с шоколадом. Только вернувшись в номер, обнаружила, что во рту зияет дыра — зубы вылетели. До отхода поезда оставалось два часа. Все это время съемочная группа перетряхивала ковры, заглядывала в раковины — искала потерю. Все тщетно. Так бабой-ягой и уехала. Только через месяц нормальные зубы себе вставила. — Когда мы решили с вами связаться, оказалось, что проще разыскать домашний телефон президента или премьера, нежели ваши координаты. На Ялтинской киностудии и в справочной службе Севастополя сообщили, что ваш номер не имеют права давать. С чем связана такая засекреченность? — Лично ко мне эта таинственность не имеет ни малейшего отношения. Я вся на виду. Другое дело, что после одного неприятного случая я категорически отказываюсь от общения с прессой и телевидением. Дело в том, что в течение двух лет меня осаждали журналисты из скандальной московской газеты, просили интервью. Я объясняла, что являюсь стопроцентно флотским человеком и жизнь моя вряд ли интересна широкой публике. Тем не менее они опубликовали омерзительнейший разворот. Досталось всем: Георгию Францевичу Милляру, директору студии Бритикову, Людмиле Хитяевой, Сергею и Никите Михалковым... Про Наташу Седых написали, что во время съемок девочке было 14 лет и у нее постоянно из носа текли сопли. Гадость какая! А меня оказывается, таскали по всем кустам и Роу был чуть ли не сводником. Александр Артурович наверняка в гробу перевернулся! Я сказала, что буду на них в суд подавать, причем защищать не столько свою честь и достоинство, сколько светлую память людей, которых нет с нами и которые сами не могут ответить. — Ваша кинокарьера хоть и рано закончилась, но прошла успешно. А вот некоторые ваши несостоявшиеся коллеги обожают пафосно и навзрыд восклицать: "Кинематограф сломал мне жизнь!" — Это все глу-пос-ти! Со сказкой в сердце, судя по всему, я и умру. Да если бы не моя профессия, сколько бы я ценного потеряла! А объездила много стран, с чудесными людьми повстречалась. Среди них Михаил Иванович Пуговкин, Андрюшенька Ростоцкий, — царство ему небесное! Наташа Варлей, моя подруга Танюша Веденеева, Ира Алферова, Саша Абдулов — всех и не перечислишь. Возможно, как актриса я могла достичь большего. Даже не буду говорить, от каких ролей в каких великих картинах отказалась по собственной дури. Но это был мой выбор. Так о чем, спрашивается, жалеть? Киев — Севастополь — Киев
|
|
