 |
 Поиск по сайту Письмо в редакцию |
|
|
|
|
| № 35 (71), 29 августа 2006 |
| Во весь голос Певец Виталий КОЗЛОВСКИЙ: "Со стороны женщин предложений переспать поступает очень много, а гомосексуализм - это фу!"
"Бульвар Гордона" "Я САМЫЙ ДЕШЕВЫЙ ПРОЕКТ, КОТОРЫЙ КОГДА-ЛИБО СУЩЕСТВОВАЛ" — Виталик, правда, что в твою раскрутку были вложены огромные деньги? — Вот все почему-то так думают! А если бы даже и были, что ж здесь такого, если меня народ принял? Каждый артист в какой-то мере себя навязывает. Но на самом-то деле, я самый дешевый проект, который вообще когда-либо существовал. Да пусть говорят все, что угодно! Лишь бы фамилию не перепутали. — Ты прямо как Поплавский — он тоже так говорит... — Именно. Кстати, еще он говорил: "Я не карбованець, щоб усiм подобатися". Совершенно с ним солидарен. — А были случаи, когда ты нравился настолько, что некая влиятельная особа женского или мужского пола... — Мужчина?! Ты что?! У меня сразу квадратное лицо! Гомосексуализм — это фу!!! (Брезгливо морщится). — Хорошо. Особа женского пола в обмен на твое продвижение предлагала? — Переспать? Да, со стороны женщин таких предложений поступает очень много. Не хочу слишком распространяться на эту тему, но один пример все же приведу. Есть богатая барышня, которая меня домогается. Она уже взрослая, у нее семья. Я ей очень нравлюсь внешне. Раньше она думала, что как человек я пустой, что со мной только и можно что переспать. Как-то мы с ней сели, серьезно поговорили о жизни, после чего ее отношение ко мне резко изменилось. — Она тебя уже не хочет? — Ну почему же? Просто она стала меня уважать еще и как личность. А уважение для меня крайне важно. Теперь она готова помочь мне совершенно бескорыстно. Кстати, у нее все уже есть: и слава, и деньги... — Это случайно не Руслана? Ты ведь начинал как танцор в ее шоу-балете... — Нет-нет. Она не из шоу-бизнеса. Таких вот барышень на моем пути попадается очень много. Приятно, что я нравлюсь женщинам. Классно, когда мужчина нравится женщинам! Этим можно только гордиться. Так что такие разговоры меня нисколько не обижают. — А какие обижают? — Как-то мне позвонила знакомая журналистка: "Виталик, это ты? Ты жив-здоров? Я тебя рада слышать, как никогда!". Оказывается, кто-то пустил слух, будто я умер. Представляю, что было бы, если б позвонили моему отцу! О матери вообще молчу. Моя мама принимает все близко к сердцу, начинает паниковать, еще не зная правды. — А ты как реагируешь? — Эмоциональность — хорошее качество, если ее не чересчур много. На сцене я стараюсь сдерживать свои эмоции, но в жизни иногда страдаю от них. К тому же мне свойственны частые перепады в настроении. "ПАПА ХОТЕЛ, ЧТОБЫ Я СТАЛ ВОЕННЫМ, ЖИЛ В КАЗАРМЕ..." — Твой стремительный взлет наверняка стал сюрпризом для родителей. Что они тебе сейчас говорят? — Отец говорит: "Я знал, я знал!". Он вообще любит порассуждать, когда все уже произошло. Родители мной гордятся, что для меня большое счастье. Благодаря им я уверен в себе. Хотя изначально они меня в моем деле не поддерживали, не видели в нем никакого будущего: "Бросай заниматься этой ерундой! Балбес! Будешь дворы подметать!". Когда после школы мне надо было куда-то податься, я очень долго колебался: вокал, хореография, театральный... Папа хотел видеть меня военным, чтоб я жил в казарме. В конце концов я решил поступать на журналистику и просто поставил родителей перед фактом. Но журналистом себя не видел и всегда подсознательно верил в то, что стану певцом.
— Почему тогда пошел на журфак? — Я люблю общаться с интересными, неординарными людьми. Кроме того, я понимал, что эта профессия поможет мне развязать язык и найти много знакомых, которые в будущем пригодятся. — Может случиться, что со временем ты бросишь сцену и пойдешь работать по специальности? — Не дай Бог! Не хочу! Если уйду, буду работать или на телевидении, или на радио. Но даже не хочу об этом говорить, чтобы что-то не материализовалось. — Ясно. А какой у тебя профиль университета? — Пресса. Хотя мне ближе телевидение и радио. Просто в этой специальности больше людей, готовых помочь, в чем-то уступить. У нас работает очень много принципиальных профессоров, даже не пытающихся вникнуть в жизненную ситуацию студентов. У меня же полно работы помимо института. — Ты получаешь приличные гонорары. Как распоряжаешься деньгами? — Трачу на себя, оплачиваю учебу, часть заработка отдаю родителям и откладываю. У меня есть яркая мечта — иметь в Киеве свою квартиру. Пока я только снимаю. — Во Львове живешь с родителями? — Да, там у меня отец, братья, сестры. Родители развелись, и мама живет в Италии своей жизнью. Мы с ней редко видимся. Она приезжает раз в три года. Созваниваемся время от времени. Сейчас в Киеве я провожу большую часть времени, у меня здесь много друзей, подруг... (Улыбается). — Ты живешь один. Значит, надо самому готовить, убирать, ходить в магазин... — Я люблю хозяйничать, особенно по дому. Правда, уборкой приходит вдохновение заняться крайне редко. У меня в квартире бывает беспорядок, но я знаю, где что лежит, и никогда ничего не ищу. Кушать готовлю сам. Я готовлю лучше родителей, они сами это признают. Сейчас ко мне в гости приехал отец, и я часто сталкиваюсь с тем, что в доме нет хлеба или сахара. А когда я сам на хозяйстве, у меня всегда все есть! Я не голодаю и не жалею денег на еду. На еде экономить нельзя. Да и вообще по мере возможности не надо себе ни в чем отказывать. — Виталик, ты коренной львовянин. Львов старинный, тихий, немного консервативный город. Тем не менее многие творческие личности родом именно оттуда. В чем причина, на твой взгляд? Может, там какая-то аура особая? — Это действительно особенный город, очень вдохновляющий. Во Львове меня посещает масса творческих идей, но, к сожалению, там их воплотить в жизнь невозможно. Можно только в Киеве. Во Львове очень много консерватизма, ты права. Многие боятся быть самими собой, но при этом люди там проще. Помню, когда я был маленьким, мы с отцом ездили в Киев и обязательно шли на базар. Я любил ходить на базар с папой, потому что мне всегда перепадало что-то вкусненькое. Когда отец шутил с кем-нибудь в Киеве, на его шутки реагировали с каким-то отвращением, отворачивались. А во Львове от души смеялись... Я же переехал в Киев, ни о чем не задумываясь, и мои близкие с радостью меня отпустили. — Попав в столицу, ты не испытываешь дискомфорта? — Да нет... Знаешь, когда я еще не был так известен и был простым студентом, приезжал в Киев для того, чтобы убежать от всех проблем. — Каких именно? — В отношениях с любимой девушкой, которые переживали кризис. Меня хватило на два года. Даже не то чтобы хватило... Сначала я жил, радовался, любил. Потом мне стало что-то не нравиться, я терпел. Уезжал в Киев и только здесь мог ощутить свободу. Но моя любовь меня все равно преследовала, и мне было плохо. Целыми днями я бродил по городу в одиночестве, никого не хотел видеть. Хотя во Львове у меня много близких и я мог пойти к ним... А в Киеве я никто. Но однажды я сказал себе: "Когда-то я приеду сюда и буду в эпицентре всех событий". — Ты действительно приехал и победил. Сначала в "Караоке на Майдане", потом в программе "Шанс"... — Я не люблю, когда меня ассоциируют с "Шансом". Я давно прошел этот этап. У меня уже вышло два диска, три клипа. По уровню я выше, чем тогда, и считаю, что имею право называть себя просто Виталием Козловским, а не победителем "Шанса". Это не говорит моя гордость или звездность. Просто любимому делу я отдал очень много эмоций, сил и слез. — Даже слез? — Ой, это вообще! Я эмоциональный, не боюсь поплакать и на сцене, и в жизни. Очень плохо, когда человеку хочется плакать, а он не может. Я тебе скажу, что раньше, года три назад, я не мог плакать. — Из-за упомянутой несчастной любви? — Да, тогда я был зол на всех и вся. Переживал очень тяжелые мгновения. После чего стал жестче. Но сейчас все изменилось, я плачу и смеюсь когда захочу. — Но все же есть человек, которому ты можешь поплакаться в жилетку? — Да. Не могу сказать, что это моя любимая девушка. Она мне больше, чем друг, но меньше, чем справжнє кохання. В українськiй мовi є "кохання" i "любов". Любов до Батькiвщини, до братiв, сестер, мам, тат i друзiв. I є кохання до жiнки. А моя девушка — нечто среднее. Я ее как бы и люблю, но как-то так средне... Я ей доверяю, и хорошо, что такой человек есть. "МОЯ ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ БЫЛА СТАРШЕ МЕНЯ НА ТРИ С ПОЛОВИНОЙ ГОДА. ЗАКОНЧИЛОСЬ ВСЕ ОЧЕНЬ ГРУСТНО" — По большому счету, в настоящее время твое сердце свободно? — Ты знаешь, я вообще-то очень влюбчив, но если уж с кем-то серьезно встречаюсь, то чувствую себя свободным и не изменяю. Откровенно говоря, не считаю себя неудовлетворенным. Все у меня хорошо, слава Богу! В своем возрасте я уже знаю, что такое настоящая любовь. Такие чувства, между прочим, даны не всем. Многим любовь просто не нужна, они в нее не верят и не хотят думать о ней... Когда я был влюблен и все журналисты спрашивали, есть ли у меня девушка, я отвечал: "Да, есть". После чего мы ссорились. Такое впечатление, что это был сглаз. Поэтому сейчас я боюсь говорить о своих отношениях. А если говорю, то не углубляюсь. — Но хоть в первую любовь можешь углубиться? — Да, трепетное было чувство... Она была старше на три с половиной года. У меня почему-то всегда так получалось: мои девушки старше. Я всегда предпочитал общаться со старшими. Однажды я общался (не встречался, а именно общался) с одной пожилой женщиной, связанной с магией. Она пристально посмотрела мне в глаза и сказала: "А ты старая душа". На тот момент мне было всего 16, и я очень испугался. Так, о чем я говорил? А, о любви... Закончилось все очень грустно. Я жил на нервах, меня все раздражало, никто меня не понимал. Многие знакомые отвернулись от меня. Это была моя первая женщина, которая объяснила, как парень должен вести себя с девушкой. — Насколько я понимаю, первая во всех отношениях? — Ну... (смущенно) Неважно. Главное ведь любовь! А любовь первая. "В НОЧНЫХ КЛУБАХ Я РАБОТАЛ, КАК БЫК В ПЛУГУ, А ПЛАТИЛИ МАЛО" — Безусловно, ты не страдаешь от недостатка женского внимания. Особенно сейчас... — Да я всегда нравился, а сейчас интерес ко мне еще возрос. Это очень приятно! Правда, иногда я заморачиваюсь, что же все-таки больше привлекает: я или моя популярность... Если захочу, могу спокойно подойти и познакомиться на улице. Теперь меня точно не пошлют куда подальше, а раньше, может, и послали бы. — А ты бы мог влюбиться в свою поклонницу? — Ну конечно! Я же человек! — Ты поешь с детства? — Да, я любил петь, сколько себя помню. Родители мне говорили: "Для того чтобы стать певцом, нужно хорошо учиться". Я никак не мог установить взаимосвязь между этими двумя вещами. Со временем мое желание петь переросло в мечту. С пением сначала не получалось, но я знал, что хорошо танцую, чувствую музыку. Начал танцевать еще в школе. Потом работал танцором в ночных клубах. — Стриптизером, что ли? — Нет! Пи-джеем (импровизация под музыку). Когда я выхожу на сцену, всегда выкладываюсь на все сто, не могу халтурить. Я работал ночами, очень уставал, а платили мало. Работал, как бык в плугу. — На что потратил первый гонорар? — Отложил. Это было 20 гривен, заработанных мной за ночь. Вскоре мне надоело работать в клубах, я познакомился с Русланой. Она взяла меня в свой шоу-балет. Уже после первых репетиций я поехал на гастроли, чем вызвал негодование некоторых участников балета. Просто они годами не могли попасть в основной состав, а я пришел и сразу. Наверное, многие думали, что... — ...ты любовник Русланы? — Да нет, что она замолвила за меня словечко. Но если бы я работал плохо, никто бы меня не заметил. Правда, очень скоро я потерял интерес к толпе бешеных диких танцоров. Снова стал мечтать о певческой карьере, снова начались бессонные ночи... Когда-то я жил этим в мечтах, а теперь в реальности. Если сейчас у меня отобрать сцену, я почувствую себя самым несчастным на земле. — Слушай, а ты веришь в чудеса? — По жизни я реальный сказочник. Мне кажется, иногда нужно смотреть на жизнь, как на чудо, быть немножко романтиком. Тогда даже будни станут ярче.
 |
|
