Финляндия и Бангладеш в одном флаконе

Мы живем в мире парадоксов. Время распалось на множество отрезков, населенных людьми, вроде бы соседствующи­ми друг с другом, но разделенны­ми не­видимыми барьерами. Статистики утверждают, что около трех четвертей нашего населения живет или в неопределенном будущем, или во вполне определенном прошлом - брежневском или даже сталинском.

Оказывается, наше время слишком часто не сращивает, а расшвыривает людей по разным углам. Да и вообще (если верить статистикам) около 60 процентов наших граждан не доверяют сейчас никому, кроме своей семьи.

Время, как дорогая конфета, существует во множестве оберток, и заглядывать под них не всегда вкусно - иначе мы не читали бы сегодня Тараса Григорьевича и не находили бы у Гоголя столь отчетливые параллели с очаровательной нашей реальностью, и его пьесы, так же как произведения Островского, Карпенко-Карого или Салтыкова-Щедрина, не собирали бы аншлагов в театрах.

Все Хлестаковы, Городничие и Мартыны Борули оказываются вполне актуальны, потому что, как многие из нынешнего начальства, сосредоточены на самолюбовании, имитации собственного успеха, на реляциях, радующих начальство повыше.

Кроме того, утвердилось забавное двоемыслие, когда, с одной стороны, подчеркивается имитация близости к Европе и ее ценностям, а с другой - льются безустанные речи о том, что Европа нам не указ, мы выстоим и сохраним самобытность (смысла которой не можем определить уже давненько).

Один из примеров - безустанная демонстрация независимости по отношению к Западу и одновременные усилия, направленные на то, чтобы дети, чуть появится такая возможность, отбыли бы туда набираться ума-разума.

Современные обществоведы отмечают, что у нашего человека могут соединяться в сознании ненависть к Европе и ее обожание, отвращение к собственному государству и невозможность жить без него. И наоборот - модно «свалить», как теперь говорят, в Европу, а затем, подобно некоторым из наших беглых современных сановников, рассказывать, насколько у нас лучше.

Опять же наткнулся на параллель из подзабытого писателя второй половины позапрошлого века Константина Станюковича. Герой его повести Аркадий Орешников наворовал много денег и уехал в Париж, откуда начал всячески поносить европейские порядки: «Повсюду безбожие, сомнение, отсутствие устоев... Одни только мы... не забыли еще Бога и совести». Так и сегодня совмещаются у некоторых из нас не только несколько времен, но и несколько географий. У одного политолога я вычитал, что мы как бы Финляндия и Бангладеш в одном флаконе.

Существует еще одна крайность, еще одно диковатое блуждание во времени, особенно модное в последнее время в России. Возрождается стилистика старинных летописей о том, что за околицей села живут люди с песьими головами, - причем не только в Америке. Летом в «Комсомольской правде» я прочел об украинcких националистах, готовящихся к захвату Кубани и Ставрополья. Воинственный советский провинциализм, от которого многие отвыкать не желают, мешает не просто мыслить современными категориями, но и отпугивает от них.

На самом деле, мы сейчас в одном из самых ответственных периодов истории - сращиваем времена и себя в них ищем. Чем скорее найдем, тем надежнее срастим времена и народ в единое целое не только внутри собственной страны, но и внутри человечества, из которого нас выталкивали не раз, и сейчас пробуют...

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter