Дмитрий БЫКОВ. Рубль и Член

Вчера мне странный

сон приснился:

Сошлись за чаркой

Рубль и Член.

Вгляделся член —

и возмутился:

— Каких ты, милый друг,

дождался перемен!

Да как ты сморщился!

Да как ты опустился!

Ты гордость растерял

российскую свою —

А посмотри, как я стою!

Я сильно возбужден

незримою войною,

Одушевленье масс

мне крайне помогло,

Все лучшее в стране

теперь зовется мною —

Не помню, чтобы кто назвал тебя «рубло»!

Увы, ты низко пал. Пробил ты все рекорды,

Попал на пятьдесят, и это не предел.

Твои позиции нетверды,

А я настолько отвердел,

Что всем врагам начистил морды,

А остальными овладел.

Меж тем, подобное продолжив поведенье,

Ты можешь и меня увлечь в своем паденье.

Под улюлюканье креаклов-негодяев,

Того гляди, и мой уменьшится объем.

Уже не знает Улюкаев,

Как плюсы отыскать в снижении твоем!

— Помилуй, — молвил Рубль. — Где думать о гешефте?

Тебя-то лижут все, восторга не тая,

А если бы, как я, зависел ты от нефти —

Давно б и ты опал, как я.

Ты возбуждаешься, не вдумавшись нимало,

От лести, от войны, от первого канала,

От криков челяди, что кризис позади, —

Но этим всем меня попробуй возбуди!

О да, я падаю. Скажу без зубоскальства —

Так низко я, увы, еще не опускался.

Тут не моя вина, а твой природный стиль —

Великую страну низвесть до деревеньки.

Не одного меня, но всех ты опустил:

Едва подняв с колен — швырнул на четвереньки.

Кругом опущенные планки,

Все опустилось в неолит,

Все ниже падают путанки

Из перепуганных элит,

А что кругом война, и нищие, и пьянки,

Запреты дикие и отпускные танки —

Об этом у тебя головка не болит!

Хочу тебя поправить малость —

Есть загогулина одна:

Ты хочешь, чтобы все упало ниже дна —

И лишь валюта поднималась?!

Так в мире никому покуда не везло.

Да знаешь ли, кто ты? Ты попросту...

                Прошло.

С тех пор как я заснул, каких-то три минуты.

Проснулся я от слов опущенной валюты.

За окнами дождя висела пелена,

Висело, в общем, все, и целая страна

Была подвешена в струях ночного ливня.

Стояла только ночь, как если бы наивно

Задумала на все остаться времена.