Хватит оглядываться на Путина, или «Геть від Москви!»

Когда на днях в пар­ламенте нардепы от оп­позиции пытались втолковать автору этих строк, что отказ от внеблокового статуса «еще больше разъярит Путина и усугубит конфликт», мне, человеку флегматичному и сдержанному, хотелось покрутить пальцем у виска.

Потому что, во-первых, о каком конфликте идет речь? Есть война, и Украина с Россией на этой войне воюют друг против друга. А то, что параллельно ведутся переговоры, идет обмен пленными, музыканты из обеих стран ездят на гастроли друг к другу, не прекращается торговля, — что ж, бывают в наше время и такие войны. Большая политика — это в первую очередь большая ложь и, слава Богу, лишь время от времени — большая кровь.

С «разъяренным Путиным» отдельная история. Уж сколько было сказано о том, что умиротворение агрессора только разжигает его аппетит. Господа из ближайшего окружения Гитлера рассказывали позже в своих мемуарах об уничижительных ремарках, которые он отпускал в адрес государств, смиренно запросивших мира у нацистской Германии. И я не удивлюсь, если выяснится, что за ужином фюрер весело говорил советскому министру иностранных дел Молотову: «Далась вам эта Британия... хотите, я возьму Лондон в две недели?».

Как изменятся отношения Украины и России после отмены внеблокового статуса? Ответ очевиден: лучше они точно не станут, а хуже стать не могут по определению. Если, конечно, мы говорим об отношениях, а не о бесконечном потоке взаимных обвинений.

Для Украины отмена внеблокового статуса — это внятный сигнал всему миру: мы не только декларируем поиск союзников в войне с Москвой, мы на деле занимаемся таким поиском. Ну, или по крайней мере делаем заметный шаг в этом направлении. А то, честно говоря, стыдно было все эти месяцы слушать западных дипломатов, которые в неофициальных беседах с тонкой грустной улыбкой говорили одно: «Но ведь ваша страна, кажется, делает в борьбе с Путиным далеко не все из того, что могла бы сделать... Почему же вы упрекаете нас в бездействии?»

Отмена внеблокового статуса — это и крик о помощи, и расширение круга возможностей. «Геть від Москви!» — сформулировал когда-то Микола Хвильовий, и еще никогда он не был так прав. И речь идет не только о стремлении в НАТО и военной помощи из США. Немало стран Восточной и Центральной Европы напуганы экспансией Путина и готовы сотрудничать в сфере безопасности. И эти страны мало волнует то обстоятельство, что антикремлевский блок «еще больше разъярит Путина». Они твердо знают: оградить себя от нападения русского медведя можно, лишь непрерывно скаля зубы. Иначе, в полном соответствии с цветастой метафорой Владимира Владимировича, тебя посчитают «поросенком» и будут гонять по твоей же территории, для удобства окрестив ее «тайгой».

Нет, ну есть, конечно, исключения: премьер Венгрии Виктор Орбан, к примеру, жалуется, что «Вашингтон стремится втянуть ЕС в конфликт вокруг Украины, который может для нас плохо закончиться». О том, что этот конфликт может плохо закончиться для соседа Венгрии — независимой Украины, — г-н Орбан почему-то не подумал, ну, и «Йоббик» с ним...

Ну а что подумал об отмене Украиной вне­блокового статуса Владимир Путин, гадать не нужно: Владимир Владимирович в ярости. Во-первых, вместо того чтобы отдаляться от границ России, «кровавый блок НАТО», напротив, придвигается — пускай пока и в контурах, на уровне намерений. Параноидально-подозрительного Путина это должно вывести из себя, даже несмотря на то что умом он понимает: от деклараций до вступления в Североатлантический альянс длинный извилистый путь...

И еще один вопрос должен мучить самолюбивого Владимира Владимировича. Как объяснить рядовому россиянину, отчего встающая с колен Российская империя один за другим теряет союзников? Уходят в объятия Соединенных Штатов Украина и Куба, теперь вот Казахстан с Беларусью изображают желание сыграть партию где-нибудь на стороне. Можно, конечно, держать огромную страну в состоянии постоянной истерики, можно вбивать соотечественникам в голову, что доверять нельзя никому, вокруг одни враги. Но рано или поздно люди начнут интересоваться разгадкой следующей дилеммы: «Ну почему, почему нас никто не любит?».

Дружного поиска ответа на этот логичный вопрос и боится президент России. А нам, украинцам, не стоит думать, что очередной виток ухудшения отношений с Москвой может быть связан с тем, чтобы мы отказались от внеблокового статуса. Нет, все случится только потому, что на нынешнем временном отрезке слова «Путин» и «лучше» — понятия несопоставимые.