Вы читали сегодняшние газеты?

Когда-то, желая похвастаться Важной Персоне, принимавшей меня в Кремле, я ска­зал, что еже­дневно журнал, который я редакти­рую, получает около тысячи писем и в абсолютном бо­ль­шинс­т­ве из них - слова поддерж­ки. Важная Персона ме­д­ленно подняла на­труженный взгляд от письменного стола и сказала, глядя мне прямо в глаза: «А я получаю по две тысячи писем ежедневно, где требуют тебя уволить, а журнал твой закрыть». Увидев, как я оторопел от такого известия, мой собеседник добавил: «Испокон веков так было - не переживай». Персона меня поддерживала и поэтому успокоила...

Желание граждан сообщить властям о чем-то, что нарушает официальные предписания, переходит из эпохи в эпоху. Времена меняются, а люди - нет. Археологи рассказывают, что при раскопах древних городищ наших предков находят берестяные грамоты с доносами, которым уже по тысяче лет. Не знаю, как реагировали князья на берестяные доносы, но фраза «Слово и дело» во времена опричнины или описанный Пушкиным «Донос на гетмана-злодея царю Петру от Кочубея» имели вполне конкретные последствия. О последствиях доносного творчества более поздних времен написаны книги, сделаны большие доклады и принято много разнообразных решений. Например, к концу 30-х годов в соответствующих заведениях Киева накопилось доносов ровно на половину членов городской партийной организации. И организация эта существенно сократилась после того, как адресаты прочли доносные письма, что запомнилось навсегда.

Впрочем, тогда же эпоха доносов вспыхнула и в просвещенной Европе. В 30-е годы прошлого века в Германии воспитанные европейские интеллектуалы вдохновенно доносили друг на дружку во всемогущее гестапо, клятвенно обвиняя коллег в том, что те предают знамя «арийской физики» во имя «физики жидовской». Воплощение последней, Альберт Эйнштейн, к счастью, смог переждать смутное время в Швейцарии.

В Англии, где ожидали высадки немецких десантов со дня на день, людей арестовывали даже за случайные фразы. Какая-то бабка схлопотала в Лондоне пять лет тюрьмы за то, что сдуру брякнула на улице: мол, Гитлер - хороший руководитель, лучше Черчилля. Донесли тут же.

Тогдашнюю Францию приводят в пример, когда пишут о вреде расслабленности во враждебном окружении. Наверное, лязг гильотины надоел тамошним жителям еще в XVIII веке, а доносы продолжали у них считаться занятием стыдным при любых обстоятельствах и порицались даже официально. Все это плохо кончилось. Как пишет историк Анри Симон: «Франция не была побеждена Гитлером. Она была разрушена изнутри «пятой колонной», обладавшей самыми влиятельными связями.

Профилактику зловредной «пятой колонны» американцы поставили на поток и проводили упорно. В 1942 году они упекли в концлагеря 112 тысяч японцев, собственных граждан, многие из которых и не бывали в Японии (так же в СССР поступили с этническими немцами). Их обвиняли в шпионаже, отравлении продуктов, в том, что они сигнализируют вражеским самолетам и в чем угодно еще. Так или иначе, японцы сидели в лагерях до конца войны, хотя потом им с извинениями выплатили приличные денежные компенсации (в отличие от наших немцев).

После войны комиссия сенатора Маккарти перевела стрелки с процесса антифашистского на антикоммунистический, объявив донос патриотическим долгом, и, надо сказать, что, в частности, среди интеллигенции, доносительство процветало.

Ах, как легко и просто процесс этот может возобновиться! Вы читали сегодняшние газеты?

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter